«В его планы буквально не входило напакостить интересам Рф»: Рогозин поведал о отношениях с Сафроновым и выразил надежду на оправдательный приговор | полезное на oremontekvartir

Дмитрий Рогозин

Роскосмос / ВКонтакте

 

 
 

Иван Сафронов

Мосгорсуд / ВКонтакте

Глава «Роскосмоса» Дмитрий Рогозин отдал огромное интервью ТАСС, в каком коснулся нашумевшего дела собственного советника Ивана Сафронова, обвиняемого в госизмене. Он выделил, что понимает Сафронова как приличного человека и проф журналиста, который не был допущен к любым скрытым данным, и уповает на оправдательный приговор. Но в итоге следственных мероприятий «быть может подтверждено другое», что может стать предпосылкой ужесточения требований к поступающим на госслужбу.

По словам Рогозина, новость о аресте Сафронова была «шоком» для центрального аппарата «Роскосмоса», а первой его реакцией было удивление. «Хоть какой человек, который нанимается на работу в госкорпорацию, даже на должность, может, и не связанную с скрытой информацией, непременно проходит специальную проверку. У нас есть особое управление, несколько департаментов — сохранности, защиты гос потаенны, экономической сохранности… Там работают мастера, в том числе действующие офицеры спецслужб. Я привык полагаться на то, что это мощные фильтры», — заявил Рогозин.

Он также подтвердил, что Сафронов не был допущен к любым скрытым данным, так как главной задачей его являлась работа с проф обществом журналистов. В то же время он выделил, что проверке подвергаются в том числе и люди, не претендующие на специальную форму допуска, но чья работа подразумевает близкие контакты с генеральным директором.

Рогозин отметил, что знаком с Сафроновым с 2012 года и сначало в их отношениях «был определенный негатив», связанный с публикациями журналиста в «Коммерсанте» о «Роскосмосе» и его главе. Опосля одной из таковых публикаций Рогозин пригласил Сафронова на встречу, чтоб осознать его подход к делу.

«Оказалось, что Владимир Поповкин, тогдашний глава Федерального галлактического агентства и мой подчиненный, близко знал Ивана, они чуток ли не родственники. Мы повстречались, побеседовали, опосля чего же дистанция в отношениях сохранилась, тем не наименее я постоянно признавал за Сафроновым высочайший профессионализм», — заявил Рогозин, добавив, что опосля встречи тональность публикаций Сафронова несколько поменялась. Поповкин, получивший смертельное хим отравление на Байконуре, незадолго до собственной погибели в июне 2014 года попросил Рогозина помогать журналисту.

«Он произнес: «Юноша юный, неопытный, нередко натыкается на конфликты. Приглядите за ним». Это была воля умирающего человека. Я постоянно помнил о данной нам просьбе», — заявил Рогозин, добавив, что пару раз остерегал Сафонова от публикаций, которые могли нанести вред, и тот «слушал» как работников «Роскосмоса», так и остальных профессионалов.

«В отличие от коллег-журналистов, пишущих на настолько деликатные темы, как обороноспособность страны, он вел себя корректно, хотя, думаю, нередко его публикации раздражали неких чиновников. В его планы буквально не входило напакостить интересам Рф. Потому в 1-ый же денек опосля его ареста я произнес, что не сомневаюсь в личной порядочности и профессионализме Сафронова», — добавил Рогозин.

Он также опроверг информацию о том, что к нему обращались коллеги Сафронова, собиравшие подписи в его поддержку, и высказал сомнения в эффективности таковой меры. Рогозин также добавил, что со времени ареста журналиста не виделся с ним, но юристы Роскосмоса поддерживают дела с адвокатами Сафронова.

«До того времени, пока не будет подтверждено оборотное, я считаю, что Иван Сафронов имеет полное право на защиту собственной чести, плюсы и, естественно, свободы», — заявил Рогозин, выразив надежду на оправдательный приговор . В то же время он добавил, что допускает другой итог по этому делу. «И тогда будем созодать выводы в отношении в том числе людей, которые должны впору предупреждать управление госкорпорации о тех, кто желает получить работу в наших рядах», — заключил он.

Рогозин также растолковал, почему скрытой может считаться даже информация, доступная в открытых источниках. «Сами по для себя факты не составляют потаенны, но направленность их анализа и изготовленные умозаключения и есть секрет, так как дозволяет зарубежным спецслужбам созодать определенные принципиальные выводы», — произнес он.

Комментируя дело о госизмене против научного сотрудника ЦНИИмаш Виктора Кудрявцева, Рогозин выразил недовольство тем, что русские спецы ради увеличения индекса Хирша (численная черта продуктивности) должны публиковаться в знатных научных изданиях на Западе.

«Если эксперт занимается чувствительной темой, означает, он постоянно идет по грани и невольно ставит себя под удар, когда пробует обосновать ученость публикацией собственных познаний», — выразил мировоззрение Рогозин. Он отметил, что еще будучи постпредом РФ в НАТО лицезрел в журнальчиках альянса статьи русских ученых, которые вызывали у него «последнее раздражение»: «Ради излишней публикации, позволяющей повысить несчастный показатель Хирша, люди, на самом деле, выкладывали то, что гласить не стоило».